Дорога…уже который год, одна лишь дорога и одиночество. А разве у ведьмака может быть по-другому? Нет, лишь дорога, битва и смерть за правым плечом, в виде меча. Я брел и смотрел… на все: жизнь и смерть, радость и горе, богатство и нищета, справедливость и подлость. Смотрел и чувствовал лишь безразличие.
Как же давно я покинул Каэр Дениваль – место, где я был создан, выращен и обучен – место, где я стал ведьмаком. Я помню тот день, когда мне вручили медальон, меч и эликсиры – и отправили в путь, искать свое Предназначение. А дальше…дорога и битва с чудовищами, а также поиск… Я всегда был не таким, как мои братья, но скрывал это что было сил. Ведьмак должен быть бесстрастен, непоколебим. Он не должен ничего чувствовать и желать, а должен лишь убивать чудовищ. А я чувствовал и желал… и какая же боль терзала меня, когда те, кого я только что спас от очередного монстра, в спину называли меня выродком. Одиночество и мечта вели меня… мечта найти свой дом, быть таким как все, любить и быть любимым. Но разве ведьмак может все это получить?
Однажды, бродя по тракту, я услышал рев мантикоры и звуки битвы. Не раздумывая, я бросился на помощь. Добежав до места боя, я увидел знакомую картину: одинокий воин волчком вертелся вокруг чудовища, нанося град ударов серебряным клинком. Это, без сомнения, был ведьмак. Но как он не был быстр и ловок, разъяренная тварь извернулась и нанесла молниеносный удар ядовитым хвостом ему в бок. Времени на колебания не оставалось, и я ринулся на монстра, пока он примеривался добить раненого ведьмака. Разгон, задержка дыхания, прыжок, два толчка сердца и удар… шорох рассекаемой плоти слился с предсмертным воем поверженной твари.
Лишь тело мантикоры рухнуло на землю, я бросился к лежащему в крови ведьмаку, подложил ему под голову свою дорожную сумку и по очереди влил ему в рот эликсиры Иволги и Раффарда Белого. Тело ведьмака изогнулось дугой в судороге и обмякло. Он уснул. А когда проснулся, то лежал у костра. Оглядевшись, он еще очень слабым голосом спросил: «Ты ведьмак? Как тебя зовут?» - я внимательно его осмотрел и ответил, - «Я Эсгар – ведьмак цеха Кошки из Каэр Дениваля». Поморщившись от боли, он приподнялся и протянул мне руку: «Эскель – ведьмак цеха Волка из Каэр Морхена. Спасибо за помощь, брат».
Это были первые слова благодарности в моей жизни.
Через несколько дней Эскель уже был в состоянии самостоятельно передвигаться и попросил меня провести его до Каэр Морхена. Наш путь прошел без приключений. В замке меня приняли как своего, не задав ни одного вопроса. Меня накормили, дали отдохнуть, называли меня братом… Неужели я нашел его…свой дом и семью? Отсюда ведьмаки уходили на охоту, но каждый раз возвращались, ведь им было куда идти и к кому идти.
Однажды, во время одной из тренировок, наши медальоны начали сильно вибрировать, а это означало одно – магия. Ведьмаки стали спина к спине и взглядом прощупывали каждый метр площадки. В паре шагов от нас завертелся голубой вихрь, и из него вывалилось десяток воинов и один незнакомец в маске. Воины сразу же кинулись на ведьмаков, а маг (в том, что это именно маг, мы уже не сомневались) направился в подземелье Каэр Морхена к ведьмачими лабораториям. Ведьмаки не растерялись, и клинки со свистом покинули ножны, неся нападавшим быструю смерть. Ведь мало какой воин был способен противостоять ведьмаку. И вот восемь тел лежит у наших ног, а двое лучников в отчаянии пускают в нас последние стрелы. Выбегаю из круга побоища, бегу к ним, на ходу сбивая стрелы в полете. В глазах лучников перед смертью - лишь безысходность и животный страх. Но они знали, на что шли. Я и Эскель бежим в лабораторию и застаем там чародея, держащего в руках ларец с ведьмачими мутагенами, а через миг между нами уже закручивается уже знакомый вихрь портала. Я принимаю решение за долю секунды и метаю свой меч в быстро исчезающего мага. Далее - звук захлопнувшегося портала и звон падающего на каменный пол окровавленного до трети длины клинка.
Следующий вечер мы сидели в круге стихий в тяжких раздумьях. Ведь потеря мутагенов означала невозможность дальнейших мутаций для новых ведьмаков. А также - в умелых руках чародея - возможность появления новых мутантов, от которых можно ожидать чего угодно. Изучив поле боя и вещи убитых, мы поняли, что след нападавших ведет в Темерию, а точнее в ее столицу – Вызиму. На следующий день все ведьмаки отправились в дорогу.
Прибыв в Вызиму, ведьмаки разбрелись кто куда. Я решил посмотреть на бестиарий в окрестностях города. И в одном из таких походов натолкнулся на своих братьев из цеха Кошки. Их вел мой старый соратник по учебе – Нимдор. Побеседовав с ними, я пригласил их посетить Каэр Морхен и познакомиться с ведьмаками цеха Волка.
Далее был черед походов и битв. После одного из них меня встретил Ламберт и рассказал, что Эскель умудрился сыграть с одним призраком в очень хитрую игру и проиграл. Теперь он должен в течение нескольких часов отыскать кровь мантикоры, что бы выкупить у призрака свою жизнь. Вести были тревожные, но я верил в ум и опыт Эскеля. Так или иначе – где наша не пропадала. Как-то выкрутимся.
Не выкрутились. Через какое то время меня опять нашел Ламберт и сообщил, что Эскель погиб. Сказать, что я был шокирован – это ничего не сказать. Ведьмаки собрались в Каэр Морхене и стали готовиться к похоронам. С Эскелем каждого что-то связывало. Он был талантливым алхимиком и воспитывал ученика. Мы сидели в круге стихии и медитировали, как вдруг четко ощутили присутствие Эскеля рядом с нами. Используя наши медальоны в кругу, мы сконцентрировались на ощущении брата, и он смог проявиться для нас в виде призрака. Он поведал нам, что пытался обмануть призрака, подсыпав в кровь мантикоры яд против призраков. Как оказалось – это было ошибкой. Роковой ошибкой. Он предложил нам выход. Ведь он погиб не от ран, а был выброшен призраком из своего тела, которое до сих пор находилось в пещере призрака. Оставалась возможность выплатить кровавую виру призраку и вернуть в мир живых брата. В этот же день я покинул Каэр Морхен. Я шел на охоту. Я шел за кровью. Я должен был спасти брата. Меня не раз пытались нанять для убийства очередного чудовища, но мне было не до того. Я бродил по дорогам и лесам в поисках мантикоры. Должен заметить, не зря. Я убил уже четырех тварей, но мне всё казалось, что их крови будет не достаточно для призрака, учитывая обман Эскеля. Нужно было хотя бы пять унций крови. Бредя по дороге, я услышал далекий рев мантикоры. Я рванулся на звук. Гонясь за тварью, я пробегал мимо храма Мелителле, откуда выбежала молодая жрица и начала кричать, чтоб я не трогал чудовище, что она его почти приручила. Но как я мог оставить мантикору в покое? Ведь от ее смерти зависела жизнь моего брата. В голове билась лишь одна мысль – «Брат…я должен спасти брата». Кажется, последнее я выкрикнул вслух. Вскоре я догнал тварь и вступил в бой. Это чудовище не было обычным. Оно было намного крупнее и сильнее доселе встречавшихся мне. Я понял, что это королевская мантикора. Это было даже к лучшему – ее крови точно бы хватило. Дальше был водоворот боя. Все вокруг слилось в едином танце серебряного клинка и массы мускул и когтей. От принятых эликсиров тело разрывало на куски, но я продолжал бой. Казалось, до развязки оставалось совсем немного, ведь тварь была уже сильно ранена и земля была щедро полита драгоценной кровью. Кровь…я отвлекся на миг, взирая на эту самую дорогую для меня в этот момент жидкость. И этого мига было достаточно, что бы чудовище извернулось и нанесло страшный удар ядовитым жалом мне в бок. Кровавая пелена застила мне глаза, и на обрывающемся дыхании я бросился в последнюю атаку. Два вздоха и удар. Я успел. Почти теряя сознание, я освежевал тушу твари, и на остатках сил поплелся к недалеко стоящему храму. Я должен был как-то передать кровь ведьмакам.
Думая лишь о том, чтобы успеть, я не заметил, как сам потерял уйму крови, и яд мантикоры выгонял из моего тела последние капли жизни. На ходу выпив Иволгу и разрываемый предельной токсичностью от принятых эликсиров, вваливаюсь в двери храма. А перед тем как потерять сознание, передаю подоспевшему Ламберту добытую ценнейшую кровь.
Открыв глаза, я увидел, что лежу в палатах исцеления Храма, а возле меня - та самая жрица, что кричала на меня во время погони за мантикорой. Заметив, что я проснулся, она улыбнулась и поинтересовалась моим самочувствием. Завязался разговор:
-Как тебя зовут воин?
-Эсгар
-Что ты ищешь, Эсгар?
- Покоя. Я устал. Я не хочу больше быть ведьмаком.
Жрица выглядела очень удивленной
- Разве это возможно?
- Я не знаю, но я ищу эликсир для обратных мутаций. Я устал убивать. Я уже много лет назад устал убивать.
- Но ты охотишься на монстров.
- Да. Они наносят вред людям. Меня создали, чтобы я защищал людей.
- А если б не было этих мутаций, ты бы защищал?
Все мысли в голове пришли в дикий хоровод, меня еще сильно мутило от эликсиров.
- Я не знаю. Я слишком устал.
Она аккуратно устроила мою голову на подстилке и ушла, а через пару минут вернулась с чашей воды. Только сейчас я понял, насколько же я истощен. Я пил воду так, будто неделю брел по пустыне, а она пристально смотрела на меня.
- В тебе так много жизнь, воин.
Эти слова вызвали у меня жуткий привкус горечи во рту: «Жизнь…да разве это жизнь», а вслух сказал с сарказмом:
-Да? Я не замечал…
Снаружи храма доносится рев какого то монстра и суетливо выкрикуемые знаки ведьмаками. На рефлексе я хватаюсь за клинок и порываюсь бежать на помощь. Жрица практически силой не позволяет мне встать и назидательно говорит:
- Какого покоя ты ищешь, ведьмак?
От этих слов в моем сознании проскакивает целая череда образов и мечтаний, которые порой приходили ко мне во время отдыха в пути и в детстве, когда я обучался в Каэр Денивале. Но власть рассудка была сильнее – я откинул наваждение…Ведьмак не должен ничего чувствовать и желать.
На выходе из храма я внезапно ощутил дух Эскеля. Брат сказал мне через пелену жизни и смерти, что все получилось и теперь у него есть уже не призрачный, а вполне реальный шанс вернуться в свое тело. Эти слова принесли в мой разум покой. Наконец-то.
Дальше было брожение по тем же трактам и дорогам, без какой либо конкретной цели. Как-то я встретил на пути мужчину и женщину. Мы поприветствовали друг друга, и у нас завязался разговор. Оказывается, мой собеседник был хранителем музея редкостей. И что куда важнее, он предложил мне в обмен на ингредиенты убитых мной монстров, книги с рецептами утраченных ведьмаками эликсиров. Тут то мы и нашли о чем поговорить, так как у меня при себе была уйма всего. После недолгих торгов, я отправился в Каэр Морхен с тремя ведьмачими книгами: Ласточки, Иволги и Грома. Нужно было видеть глаза Эскеля, к тому времени вернувшемуся в свое тело. Он был на седьмом небе от счастья. С этими знаниями ведьмаки много чего могли.
Я опять ушел в Вызиму, что бы послушать, о чем шепчется народ, ведь нам еще предстояло найти людей со знаком саламандры и таинственного мага.
На тот момент я был знаком с высшим вампиром Джагешем и успел установить с ним вполне дружественные отношения. Ведь, по моему мнению, чудовищами являются не те, кто принадлежит к редким расам, а те, кто ведет себя по чудовищному. В городе наблюдалось оживленность, народ на улицах гулял и веселился. По слухам, король выбирал себе невесту. Каково же было мое удивление, когда мне сказали, что к королевскому дворцу пришла толпа чудовищ и выставила свою претендентку на роль жены короля. После услышанного я всерьез задумался над сменой профессии.
Потом как-то само по себе я стал учителем фехтования Каэр Морхена, а так как мы часто отправлялись в Вызиму, то тренировал ведьмаков я на поляне у храма. Кроме этих тренировок, приходилось иногда разбираться с не в меру разбушевавшейся нечистью. Знакомая жрица как-то указала мне на излишнюю активность молодых вампиров в окрестностях Вызимы. Пришлось убедительно попросить Джагаша решить этот вопрос.
Потом я пригласил эту жрицу в гости в Каэр Морхен, чему она несказанно обрадовалась. Добравшись до замка, мы занялись кто чем. Жрица завела долгую беседу с нашим алхимиком Людвигом, я тренировался и тренировал своих братьев, все вроде бы налаживалось. К нам заявилась пара кирпичников из недалеко расположенного поселка. Они сказали, что по тракту бродят какие-то чудовища и нападают на прохожих. Ну, где тут мой меч?
Вернувшись с охоты, я обнаружил в замке двух чародеек, активно общающихся с Эскелем. Подойдя к ним, я узнал, что они придумали способ восстановить ведьмачие мутагены и хотят провести опыт на одном из ведьмаков. Добровольцем вызвался Гилдор. Эта затея мне не очень понравилась, но я понимал, что это может решить все наши проблемы. Мы отправились в круг стихий, где собирались проводить мутацию. К слову, я пригласил жрицу послужить в опыте целительницей, так как в Каэр Морхене целителей никогда и не было. От этого предложения она засияла ярче, чем знак Гелиотроп. Сама процедура мутации была очень тяжелой. В ней принимали участие все обитатели замка. Маги, жрица, Эскель и Геральт проводили основные действия, а остальные ведьмаки медитировали в круге и при необходимости подпитывали Гилдора энергией. Эксперимент прошел. Гилдор лежал без сознания, с ним остался Ламберт. А я пошел на площадку для тренировок, где начал себя выматывать, так как в голову лезли уже позабытые мысли. Я вспомнил, как сам проходил мутацию, как после на меня смотрели люди, которым я помогал, и меня одолела тоска и злоба. Ко мне подошла жрица и спросила:
-Ты против испытания?
-Да
А что еще я мог ответить?
- Зачем делать ещё одного выродка, мутанта, которого будут все ненавидеть?
Но изменить я ничего не мог. Мы вернулись к кругу стихии, где вот-вот должен был очнуться Гилдор. Все заняли свое место в круге в ожидании. Придя в себя, Гилдор никого не узнал, а вокруг витал целый океан концентрированной ярости. Жрица не выдержала этого и потеряла сознание. Я отнес её подальше от круга. А когда вернулся, то увидел, что Гилдор бросается на братьев, оскорбляет их и порывается их убить.
Совместными усилиями мы его оглушили и стали думать, что же предпринять. Но долго он без сознания не пробыл. Внезапно он подскочил и напал на Геральта, чуть его не убив. Мы не могли его остановить, так как после мутации он стал намного сильнее, и мне не оставалось ничего, как всадить в него знак Ирден. Вроде бы рана его немного успокоила, но когда ведьмаки дали ему выпить эликсир Ласточки, он упал на землю и перестал подавать признаки жизни. Все были близки к состоянию паники. Тогда жрица вспомнила, что в Вызиме есть могущественный медиум, который в состоянии поднять даже умершего. Этого медиума я знал. Значит, опять дорога.
Я бежал что было сил. В Вызиме я быстро нашел медиума и уговорил ее проследовать со мной в Каэр Морхен. Внезапно на нашем пути появилось два граверна. Это было серьезным препятствием. У меня не было права на ошибку. А тут как назло у меня закончились все эликсиры. Я ринулся в бой. Мельтешение клинка и клыков, рычание и выкрики знаков. Через пару минут все было кончено. Мои противники были мертвы. Правда, я сам был сильно ранен. Я напряг последние силы и припустил к Каэр Морхену. С башни замка нас заметили и опустили врата. Мы вбежали, и я упал на холодный каменный пол. Впрочем, откачали меня быстро – на то я и ведьмак из школы Кошки. Как на кошке все заживает.
Только потом я узнал, что Гилдор погиб. И был погребен, как подобает ведьмаку.
А за воротами послышался чей-то крик. Наружу вышел Геральт, и мы услышали звуки боя. Я выбежал наружу и увидел лежащего ведьмака, а над ним готового его добить воина со шрамом на лице. Я успел. Удар знака Аард сбил воина на землю и оглушил. Геральта отпоили эликсиром, и он быстро пришел в норму. А плененный воин начал оскорблять ведьмаков и вызывал Геральта на бой до смерти. У него были к ведьмаку какие то давние счеты. Геральт согласился на бой. Я вывел их на поляну для поединков. И тут этот трус развернулся и попытался сбежать из замка. Геральт его догнал и тяжело ранил. Я в очередной раз убедился в низости людей.
То, что было дальше, ввергло меня в полнейший шок. Раненному воину предложили пройти мутацию, и стать ведьмаком…он согласился. Я напрочь отказался от участия в процессе мутации, и что бы успокоиться, решил пойти поохотиться. Благо до замка доходило немало слухов о разной нечисти на дорогах, в чем я вполне недавно убедился.
Далее было множество мало запоминающихся событий…появление детей предназначения, постоянные тренировки…короче все пошло своим чередом. Я пригласил жрицу стать постоянным лекарем при Каэр Морхене.
А однажды мы все сидели в замке у костра и рассказывали кто какие истории. Мне в голову пришла очень забавная, но не очень своевременная мысль…я спросил у нашей жрицы то, от чего со стен замка чуть не посыпались все гобелены. От смеха ведьмаков…потому что я спросил: «Кстати, а как тебя зовут?». Вовремя, да?
Ее звали Иатра.
В один из последующих дней в замок прибыла делегация незнакомых мне людей под предводительством высшего вампира. Они просили всех ведьмаков провести их до одного места. Его они называть не хотели, но опасались в пути нападения чудовищ. Почему-то мы согласились. Прибыв к каким-то руинам, мы вошли в странный символ, нарисованный на земле и перенеслись в непонятное место. Оказалось, что это была легендарная Башня Ласточки. Вампиры хотели уйти из этого мира. Неожиданно из портала вышли король Фольтест, который к тому же стал вампиром, и целый строй его защитников, среди которых я узнал скрывающуюся от всех княгиню вампиров. Я чувствовал напряжение ситуации. Казалось, что сейчас начнется бой. Я сделал глазами знак княгине, и она меня поняла. Она отвела свою свиту в сторону. А король, увидев такую рокировку, объявил, что его указом, все разумные расы уравниваются в правах. Я был искренне этому рад… Все ведьмаки развернулись и отправились в Каэр Морхен.
Сейчас я сижу в одном из залов замка, и смотрю в окно, выходящее на тренировочную площадку. На ней ведется бурная деятельность. Как же много еще нужно сделать. Чему еще предстоит научиться и научить. Не знаю. Но чувствую, скучать мне не придется. Все только начинается…